Блог

Смотреть
Главная » 2017 » Сентябрь » 9 » Рошешуар Луи-Виктор-Леон (1788-1858)
12.15.46
Рошешуар Луи-Виктор-Леон (1788-1858)
граф, отпрыск старинного французского аристократического рода, кузен (племянник жены) герцога де Ришелье, «Свиты Его Императорского Величества подпоручик», адъютант Ришелье, автор ценнейших мемуаров, запечатлевших юную Одессу и ее устроителя Дюка. В апреле 1805 года он приехал в Одессу примерно в одно время с матерью, вскоре (10 мая 1805 года) умершей, и застал здесь старшего брата Луи (1782-1814), офицера российской армии, впоследствии героически погибшего в бою.
Драматическая с ранних лет судьба Рошешуара подробно исследована авторитетным одесским историком А. И. Третьяком, посвятившим своему герою ряд публикаций, в том числе, две книги, увидевшие свет в издательстве «Optimum». Поэтому позволю себе в первой части моего комментария к публикуемым ниже документам лишь несколько штрихов к портрету графа.
В роду Рошешуара по отцовской линии немало выдающихся политиков, военачальников, литераторов. Мать Леона, Элизабет-Армид Дюрей де Морсан – чрезвычайно яркая, неординарная фигура своего времени – была конфиденткой французской императрицы Марии-Антуанетты в годы, предшествовавшие кровавой революции. После казни королевы на гильотине (1793) мстительно проявила немалую активность в контрреволюционных заговорах, нисколько не страшась последствий, не считаясь с личными расходами и даже жертвуя благополучием детей.
Лишенный непосредственной материнской заботы, Леон фактически не знал своих старших братьев, Виктора и Филиппа, а сестру Корнелию трагически потерял в очень юном возрасте. Лишь Луи стал дня него надежной опорой, но и его он оплакал молодым. Пришлось Леону пережить в Париже, так сказать, нелегальное положение, когда графиню Рошешуар разыскивали для ареста и жестокого судилища революционным трибуналом. Далее нелегкие и опасные скитания со следовавшими по пятам преследователями. Позднее он, бедствуя, колесил по всей Европе, в 12-летнем возрасте, благодаря стечению обстоятельств, стал лейтенантом одного из французских полков, входивших в состав британской армии, дислоцировавшейся в Португалии.
После заключения мира меж Англией и Францией Рошешуар легально вернулся на родину, однако по малолетству не мог вступить в права отцовского наследства, а, главное, оставался неблагонадежным, то есть под угрозой ареста. Тем временем его старший брат Луи стал адъютантом градоначальника Одессы Ришелье, и настоятельно звал к себе. С серьезными осложнениями, транзитом через несколько стран, Леон все же добрался до вожделенного места, по дороге встретившись с матерью недалеко от Лемберга (Львова).
Пребывание Рошешуара в Одессе и на юге России подробно и вполне достоверно описано им самим в не раз публиковавшихся мемуарах. Это чрезвычайно значимый источник по истории города и края начала XIX столетия, в частности, касающийся чумной эпидемии 1812 года, пребывания в городе метрессы императора М. А. Нарышкиной, множества неординарных современников: прежде всего, самого герцога Ришелье, Ланжерона, Кобле, Сикара, Стемпковского, Филипеско, Джеймса, де Кастильо, фон Тома, аббата Николя, аббата Лабдана и др.
«Я был вторым адъютантом (де Ришелье – О. Г.), - пишет граф Рошешуар, - в моем ведении находились домашние дела герцога, финансы, конюшня, корреспонденция на французском, работы по благоустройству Одессы: зеленые насаждения, устройство тротуаров, управление казино».
Мне удалось проследить некоторые обстоятельства пребывания и деятельности Рошешуара в юном городе по архивным документам. Сам он, как мы видели, лишь скромно перечисляет сферы занятости по благоустройству. Из журналов Одесского строительного комитета, например, четко видна созидательная работа Леона по контролю масштабного мощения города летом 1812 года, накануне чумной эпидемии. Так, он проверял поэтапное исполнение контрактов подрядчиками Томазини, Стифелем и Монако по устройству дренажных канав на центральных улицах, настилке деревянных пешеходных переходов, нивелированию площадей, «тротуарную работу» и проч. В 1813 году, после ликвидации эпидемии, мощение продолжили.
Гораздо ранее, осенью 1806 года, Рошешуар занимался ремонтом моста через Карантинную балку, для чего получил шесть крайне дефицитных в ту пору «мачтовых дерев». Впоследствии он же наблюдал за «насыпкой моста» по Дерибасовской улице, в которую тогда врезалась Военная балка. Любопытно, что Леон не только принимал участие в становлении Городского театра, а любительская труппа при биржевой зале барона Рено и вовсе находилась на его попечении, но и занимался благоустройством, так сказать, подходов к этим учреждениям. Скажем, в июне-июле 1812 года под его надзором театр и прилегающий квартал были окаймлены тротуарами, а по причине косогора устроены «переходы и деревянные лестницы». Рошешуар очень внимательно занимался так называемым Дюковским садом, то есть хутором (дачей) Ришелье на Водяной балке, устройством первых цивилизованных морских купален и т. д.
Представленный здесь документ с автографом датирован 31 июля 1805 года. Хочу предварить его несколькими пояснительными замечаниями. Начну с того, что братья Рошешуар едва ли располагали в тот период средствами, достаточными для домостроительства и обзаведения. Как старший, Луис, в архивных документах - граф Рошешуар 1-й, так и Леон, граф Рошешуар 2-й, жили на казенных квартирах. Своим положением фаворитов Ришелье они не злоупотребляли, ибо были людьми чести. Сам Леон пишет о том, что его пытались подвергнуть соблазну мздоимства, добивались его расположения, но пример доблестного патрона препятствовал даже мысли о коррупции. Однако были и легальные способы улучшить свое материальное положение, каковые предоставлял сам Ришелье, понимая затруднительное положение своих деятельных сотрудников. Например, как градоначальник он имел возможность с чистым сердцем санкционировать отвод достойным людям выгодных земельных участков, чтобы они со временем получили отдачу от посильных вложений.
Как видим из демонстрируемого документа, Леон просит место «на берегу моря, позади малой крепости, между военной гаванью и карантинной пристанью», «по смежности такового инженер-полковника и кавалера Ферстера». Это участок по нынешней Приморской улице, под Воронцовским дворцом и левой частью будущего бульвара. Места здесь отводились не под домостроительство, а под магазины для складирования товаров, оснастки и провианта судов. Следовательно, речь идет о коммерческом предприятии. Согласно архивным материалам, 3 августа 1805 года просимое место отвели, причем оно числилось за Рошеуаром, по крайней мере, до конца 1806 года. По правилам магазин должен был быть построен в течение года, иначе место мог запросить и получить кто-либо иной. И хотя Леону не отказали бы в отсрочке, он, очевидно, так и не сумел построиться, ибо в комитетских журналах об этом больше нет ни слова. Надо полагать, лишенный необходимых средств, он уступил место другому лицу.
Что касается Луи, тот в феврале 1812 года получил у подножия Херсонского спуска место, прежде принадлежавшее первому директору одесского карантина статскому советнику Николаю Егоровичу Карпову: того перевели из Одессы, и потому он не сумел в срок застроиться, а, вернувшись, получил взамен другой участок. Но и в этом случае, что называется, карта не легла. Старший брат Леона вскоре отправился на театр военных действий, участвовал в ряде кровопролитных сражений с наполеоновскими войсками, а в 1814 году погиб в бою под Бриеном.
                          Олег Губарь
Категория: История Одессы. Люди, дома, улицы. | Просмотров: 6 | Добавил: Admin | Теги: история., одесса, улицы, дома, люди
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Подпишитесь на наши новости по e-Mail:

FeedBurner

< < < <Одесса от А до Я